?

Log in

No account? Create an account

This is what You get...

Исповедь невзрослеющего социопата

Мои твиты
kiko88
Tags:

АНГЕЛ И ЗМЕЯ
kiko88


«Когда упал с высоты,
Ты обломал оба крыла.
Лил слезы ты,
Был счастлив я…»


Ступеньки «Зеленого театра» в летнюю пору выглядят мистически: каменные, местами разбитые, поросшие растениями со столичной пропиской. Они помнят многое: поцелуи, драки, слезы, кровь, сперму и еще многие следы жизнедеятельности молодых людей, приходящих сюда тусоваться. Быть может, они не разделяют тяги человечества к разрушительной праздности, но обречены молчать. Троянцы отказывались слушать Кассандру, а «киевляне и гости столицы» попросту не могут услышать куски камня. В таких ситуациях беспомощны даже «марки».

Однажды ночью на ступеньки присела девочка. Нет, она была не настолько пьяна, что не могла идти, да и напарника для страстных лобзаний у нее не было. Она грустила, так как во время танца у нее вытащили мобильный. Для кого-то вечера в «Зеленом театре» - развлечения, для других - работа. Один из трудоголиков заметил, как из кармана найковской сумки выглядывает телефон, и с ходу пустил в ход свои ловкие руки.

С того момента прошло не более часа, а настроение девочки было бесповоротно испорчено. Она даже плакала. Правда, разглядеть слезы на ее загорелом лице можно было с трудом: во-первых, темно, во-вторых, небеса вновь запустили процесс орошения. То лето вышло щедрым на бесплатную воду. Дожди лили часто и неожиданно. Вряд ли во всем городе нашелся бы человек, который ни разу тогда не попал под ливень. Разве что постельные режимщики, затворники и верующие в скорый Апокалипсис.

Почему плакала девочка? Она боялась упрека родителей, купивших ей этот мобильный? Переживала за список контактов, который теперь ей предстоит составлять заново? Боялась, что злоумышленники будут обсуждать откровенные фото ее галереи, а потом еще и выложат их в сеть? Вполне возможно, что каждый из этих вариантов был по-своему при делах. Но достоверно известно лишь то, что девочка остро переживала сам факт утраты.

Телефон в этот момент был в псевдокожаной сумке парня, вызывавшего такси. Он нервничал, так как понимал, что произошло непоправимое. Он уже длительный период не слышал голоса хозяйки, не чувствовал привычного запаха ее духов, да и не трогала она его очень давно, что явно не в ее стиле. Опасения мобильного подтвердились, когда через какое-то время его достали в незнакомой квартире. По его экрану водили крепкие мужские пальцы, а из губ нахала вылетали всякие пошлости в адрес хозяйки. Это было страшным для него потрясением, и он не придумал ничего, кроме как выключиться.

Тут, в темноте и тишине, он мог вволю подумать. По ходу, его украли. Истории о похожих случаях он неоднократно слышал от своей хозяйки и ее подружек. Поскольку ему был только месяц от роду, он нешуточно переживал, что подобный кошмар может случиться и с ним. И в таком случае он больше не увидит ее…

Она была молодой, светленькой и очень громкой. В первые дни мобильному казалось, что она взорвет все его микросхемы. Потому как она очень много разговаривала, делала это очень громко, а когда замолкала, начинала усиленно штамповать сообщения. По поводу последних, правда, телефон никогда не возражал. Пальцы хозяйки были очень приятными, а ногти - ухоженными и всегда со свежим маникюром. К возбужденным крикам потом он тоже привык, даже в тех случаях, когда она ругалась с мамой, или рассказывала лучшей подруге о ночном кошмаре.

К хозяйке мобильный попал без каких-либо аппликаций и наворотов. Барыги с Караваевых дач называют такие аппараты «лысыми». Поэтому она с ходу начала устанавливать на него различные программы. Но он был чуть странным телефоном, и некоторые нововведения принимать упорно отказывался. Хозяйка по этому поводу нервничала, порывалась пару раз сходить в магазин, и сдать его по гарантийному талону, но в итоге привыкла и успокоилась. Тем более, что в мобильном изначально имелась игра, которую она с ходу полюбила, и баловалась ею, как только выпадала возможность.

Телефон хотел, чтобы хозяйка бегала вместе с ним по стадиону, и смотрела на ночь «Ромео+Джульетту» с молодым Лео и «Wicker park» с плачущим Хартнеттом. Но бегать она отказывалась, а если что-то и смотрела, то это были сериалы - «Игра Престолов», «Физрук» и жуткие ТВ-шоу типа «Битвы Экстрасенсов». По этому поводу он сильно переживал, психовал и злился…

Теперь, лежа в квартире какого-то урода, телефон корил себя за излишнюю спесивость. Ну и черт с ними, с этими сериалами, шоу и неспортивным образом жизни. Он бы отдал все, чтобы вернуться. Ему ее очень не хватало. Память вытаскивала наружу картинки из прошлого. Они лежат на лужайке в дендропарке, она в белой короткой юбке любуется деревьями и побаивается насекомых. Он - счастлив. Они у нее в квартире, она принимает ванную, зачитываясь романом американо-афганского писателя, и несознательно проводит пальцами по внезапно увеличившейся груди. Они на лавочке во время обеденного перерыва. Она выдыхает мятный дым своих сигарет прямо ему в микрофон, рассказывая другу о ссоре с начальством на работе.

Мобильный был молодой, но страшно упрямый. На следующее утро, убедившись, что его везут не к хозяйке, а к другим мужикам, он отказался включаться, не желая участвовать в их грязных делах. Барыги с Караваевых дач поколдовали над ним денек, но не добившись результата, отдали аппарат на детали.

Что касается девочки, то слезы вскоре засохли, и она отправилась в магазин за новым мобильным. Благо, что сейчас не коммунизм, и дефицита товаров в стране не наблюдается. Такие дела.

«…Пусть остается все как есть:
Ты – ангел, я – лишь тварь, змея.
Ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла-ла
И к черту смысл бытия»

Заложник Моисей
kiko88
iggy-pop-tom-waits

С Моисеем я познакомился одним весенним днем, где-то за год или два до моей женитьбы. Жена (на тот момент ее статус был иным, и звучал как «девушка») поперлась куда-то на маникюр или покраску, или на что-то другое из той устрашающей вереницы действий, которые предпринимают женщины, как только накатывает хорошая погода. Сидеть дома мне надоело, тем более, что все сериалы я пересмотрел, и новых серий нужно было ждать чуть ли не целую неделю (порой это расстояние в вечность). Поэтому я пошагал прямиком в бар, находящийся в ста метрах от дома.
В полдень субботы посетителей там совсем не было. Заскучавший бармен очень серьезно завтычил в смартфон, и мне пришлось повышать голос, чтобы его окликнуть. «Да перепадут тебе эти инстаграмные ути-губки, займись делом» -- подумал я, и где-то в этот момент он поднял на меня свои приспанные соцсетями глаза.

-- Друг, налей бокал темного, и что у вас есть к пиву?

-- Кальмары в панировке, сырные палочки, гренки, куриные крылья…

-- Давай на крыльях и остановимся.

-- Пиво сразу?

-- Нет. На улице наконец-то светит солнце, а я забрался в твое мрачное царство, чтобы на тебя посмотреть.

-- Извините. Могли просто сказать «да».

Последнюю фразу я пропустил мимо ушей. «Не люблю неквалифицированных работников» - подумал я, видимо, забыв, как за день до этого передоверил своей проект стажеру, а сам целый день пялился на сиськи девочек из Brazzers.
Пиво пошло хорошо. Полдень субботы -- это тот Рубикон, переход через который неизбежен, если у вас, как и большинства пролетариата выходные представляют собой пару из субботы и воскресенья. Либо это будет одна сплошная сиеста, либо сумасшедший трах, либо безудержная пьянка, либо… В общем, я выбрал «пока пивко, а там посмотрим».

Когда я принялся за второй бокал, и мне как раз принесли крылья глупого бройлера под соусом и кунжутом, в бар зашел мужик. Как только он открыл дверь, от него повеяло чем-то неприятным. Это был не запах алко-бомжа с привокзальных площадей, и не ацетонистый кислый, как у «винтового» наркомана. Даже запахом это назвать было трудно, потому что ничего похожего я до сих пор не ощущал. Видимо, бармен тоже это уловил, так как он без крика оторвал глаза от смартфона, и не особо приветливо поинтересовался чего мужику угодно. Тот попросил 0,5 светлого и 100 грамм водки.
«Да уж, у кого-то за Рубиконом намечается попойка в одиночестве» -- заметил я про себя. Новопришедший, тем временем, сделал несколько математически точных глотков из бокала, ровно столько, сколько нужно было, чтобы освободить емкость под «синьку», перелил ее в тару, поставил отстаиваться, а сам достал сигарету и закурил.
Я бросил курить три года назад, сразу же после окончания университета. На этом настаивала девушка, да и легкие по утрам не особо радовали. Поначалу было непросто. Я постоянно нервничал, ругался, срывался на подружку. Она даже пару раз порывалась уйти, но, Слава Богу, обошлось. Со временем тяга к сигаретам пропала, а дым, случайно учуянный на улице, перестал совращать. Легкие восстановились, по утрам перестал кашлять, да и в горле больше не першило. А девушка сказала, что у меня улучшился запах изо рта. Такие дела в общем. Но в этот определенный момент, сидя у барной стойки, мне адски захотелось курева. Так сильно я давно ничего не хотел. Попробовал унять это возбуждения мыслями: девушка, работа, деньги, футбол. Раньше я так делал, когда у меня в общественном транспорте случался стояк. Помогало. Но стояк стояком, а эта странная, поистине мистическая тяга к сигарете меня разоружила и раздела донага.

-- Извините, у вас не будет сигареты?

Мужик поднял на меня свои глаза, и я невольно содрогнулся. Если поначалу я думал, что ему лет 30-ть, 35, ладно, даже 40, то сейчас я был готов дать ему все 60-т. На меня смотрели глаза робота, чья батарея вот-вот разрядится, и он выключится. Впалые, уставшие, повидавшие, как показалось, мир всеобщей печали, а под ними темно-синие, почти черные мешки шахтера. Жуткая картина, ей Богу. Курить мне, конечно, захотелось еще больше.

-- Да. Возьмите. – он протянул мне пачку крепкого «честера».

-- Спасибо. Я вообще-то не курю…

-- Многие так говорят. Мне кажется, из курильщиков процентов 80-т не курят, бросают, вот только делают это по 20 раз за сутки. Вы знаете, что общего между некурящим и бросающим?

-- Нет.

-- И те, и другие, экономят деньги на сигаретах. – Он улыбнулся слегка заискивающей, но приятной (о Боги, какой же дикий контраст с глазами!) улыбкой.

-- Нет. Я не жлоб. Хотите, могу вам заплатить за сигарету. Просто я действительно бросил три года назад… -- в общем, пересказал я ему ту историю про сигареты, подружку и легкие. Мужик внимательно слушал, кивал головой, понемногу отхлебывал «ерш» из бокала, а потом протянул мне руку.

-- Моисей.

Я слегка опешил. С одной стороны это настолько редкое имя, тем более, в наших краях, и он, наверное, надо мной прикалывается. С другой, если я рассмеюсь, а его на самом деле так зовут, к тому же он еще и еврей, так я вляпаюсь в неприятную историю с ксенофобским привкусом. В общем, смеяться я не стал.

-- Чем занимаешься, Моисей?

-- Как чем? Людей вожу по пустыни, да голову им морочу. – мужик снова улыбнулся, после чего, глубоко вздохнул, и чуть слышно произнес – профессиональный заложник.

-- Что? «А ведь и вправду чокнутый малый» -- подумал я -- «Или это уже ерш начинает его так вставлять. В любом случае, день перестает быть томным».

-- Я серьезно. Впервые я стал заложником в раннем детстве, когда умерла мать. Насмотревшись фильмов про детей с похожими историями, я твердо решил, что буду странным и проблемным, так как по-другому никак. Типа как Джон Коннор.

-- Так у Джона Коннора не было отца. – я попытался разъяснить детали любимой киноэпопеи.

-- Один хрен. Неполная семья бла-бла-бла. Я был уверен, что не такой, как другие дети, вот и старался соответствовать собственным представлениям.

-- И как ты это делал?

-- Ну как… Банкоматов тогда не было, терминаторов тоже не наблюдалось. Поэтому я читал Майн Рида и мастерил луки и стрелы, чтобы стрелять в завоевателей. Правда, те никак не приходили. Ну а потом меня затянула школа, первые друзья, подружки, поцелуи, вечеринки, экзамены и все такое. Но на этом я не успокоился.
Моисей допил «ерш», и закурил очередную сигарету.

-- Потом я стал заложником романтизма. В смысле не периода в литературе, а самого человека-романтика. Создав себе этот образ я стал сочинять стихи, петь серенады… А потом я встретил ее. Наверное, это была моя первая любовь. Или первый серьезный шифр, уже не разберешь. Короче, будучи студентом, я влюбился в девочку из другого факультета. Мы жили в одном общежитии, имели общих знакомых, слушали похожу музыку. Я не назвал бы ее своим идеалом красоты. Скорее, во мне была ниша, которую нужно было заполнить, и я это сделал. Причем, попал на все 100. Она от меня отморозилась, сославшись на парня, который ждет ее в родном городе. Только этого мне и было нужно. Следующая пятилетка прошла под флагом воинства нытиков, которое я возглавлял. Я был верховным главнокомандующим, и лучшим воином, и поваром, и санитаром, и палачом. Казнил сам себя, делал это часто, изощрялся как только мог. То вспомню о ней в День святого Валентина прямо по дороге на свидание (естественно, я побежал домой плакать и бухать), то на семейном празднике (отец думал, что его сын со дня на день вскроется), то на экзамене (я уходил прямо во время теста, и приходилось сдавать со второй попытки). А однажды это сделал, когда лазил по горам. Не знаю, что тогда остановило меня от прыжка…
Мне определенно нравился рассказ Моисея, поэтому я заказал еще пива. Ему же попросил повторить ингредиенты для «ерша». «Как он это пьет? Он ведь не чувствует вкуса ни одного из напитков». Вернувшись из воспоминаний, заложник достал очередную сигарету и вспыхнул зажигалкой.

-- О! Ты заказал мне добавки. В моих планах на сегодня не было нажраться, но уж если ты настаиваешь… Кстати, еще я заложник друзей. Поэтому у меня их нет.

-- В дружбе, по правде говоря, все заложники друг у друга. На то она и дружба. – Попытался заумничать я.

-- Согласен. Но, наверное, если тебе перестает нравиться что-то делать с кем-то из друзей, скажем, общаться, ты ведь ему об этом говоришь?

-- Ну да. А как по-другому?

-- Так как это делал я. Друзья всегда чувствовали, что могут мной воспользоваться. Чаще всего в ход шли мои руки, ноги и уши. Руками я помогал им переезжать, толкать машины и делать дома ремонт, ногами я приходил, туда, куда они просили, а уши… Как написал Шевченко «а сестри, сестри, горе вам». Тоже самое могу сказать про свои уши. Сколько они всего наслушались за это время! Любовь, ненависть, жизнь, смерть, дружба, вражда, политика, спорт, путешествия, физика, культура и многие другие разделы человеческого обсуждения информационным потоком вливались в эти кожаные раковины. Когда мне было, что добавить, я добавлял, когда не было – просто кивал, даже, считая, что все это полная хуета. Но назвать хуетой слова друга я не мог, так как стал заложником «хорошего человека».

-- А это как?

-- Допустим, идешь ты по улице, приятно светит солнце, на тебе светлые джинсы. Ты подходишь к пешеходному переходу, и ждешь, пока светофор покажет зеленый. Через дорогу от тебя стоит красивая девушка, ты смотришь на нее, и думаешь, как бы было хорошо затащить ее в постель. И тут откуда не возьмись мимо тебя проносится авто, водила спешит (может, его жена рожает, а, может, на шашлыки), и налетает на единственную оставшуюся во всем городе лужу, тем самым обливая твои голубые джинсы дерьмом. Что бы ты на это сказал?

-- Выругался на мудака. Это очевидно.

-- Ага. А рядом с тобой стоит женщина с коляской или две бабулечки с собачками.

-- Пофиг! Он облил мне джинсы, и я не вклею красивую девушку.

-- Вот именно. Так бы сделало большинство. А я, спрятав глаза в асфальт, пойду домой переодеваться. Все молча. Матерясь при этом только у себя внутри. Кстати, про девушку.

-- Про какую? Ту, что на переходе?

-- Да. Ты знакомишься на улице?

-- Со своей нынешней девушкой я так и познакомился, помог вытащить сумку, которую зажало дверью в метро. Достал, протянул со словами «наверное, для этого я и родился». Вот уже где-то четыре года мы вместе.

-- Я бы так не смог. В смысле сумку бы вытащил, но протянул бы ее молча, отведя взгляд в сторону. Потому что я заложник «тарантиновского прохожего».

-- Уже даже ничему не удивляюсь. Продолжай.

-- Тарантино, тот, что режиссер, как-то сказал, что между женщиной, которая идет по улице, и мужчины, идущего за ней, существует некая связь. Оба думают, что мужчина – маньяк. Поэтому мужчина старается либо обгонять, либо отставать, либо переходить на другую сторону дороги. Иначе присутствует жуткий дискомфорт. Так что с незнакомыми женщинами на улице я не слишком люблю пересекаться.

-- Можно еще одну сигаретку?

-- Да, конечно. Держи.

За перекуром мы немного съехали с Моисеевой грустной темы, отвлекшись на фильмы Тарантино. Он бил пяткой в грудь, что ничего круче «Криминального чтива» Квентин не снял, и не снимет, так как это попросту невозможно. Я же отстаивал эксперименты режиссера с темами о второй мировой и Диком Западе. Судя по знаниям собеседника в кинематографе, я сделал вывод, что он явно моложе своих глаз.

-- Давай вернемся к друзьям. Почему ты перестал с ними общаться?

-- Потому что понял всю безысходность нашего общего будущего. Перечить им я не смею, так как шифрую себе, что они: выручали меня финансово, выручали меня общественно, или просто слишком крутые, чтобы со мной тусоваться. И я им поэтому всем дико обязан. Но, при этом, мне жутко не нравилось, что они говорили. Распутать этот Гордиев узел можно было только разбежавшись. Так мы и сделали.

-- И как тебе без них?

-- Нормально, в принципе. Только от статуса заложника это не спасает. К примеру, вчера я потратил полчаса времени на гороховый суп.

-- Чего?

-- Пару дней назад ко мне заходил отец, приготовил мой любимый гороховый суп. Я поел, поблагодарил, и забыл про него. Про суп, в смысле. Вот, и вчера у меня в планах было прогуляться, зайти в этот же бар, где мы сейчас сидим. Но вдруг я вспомнил про суп. Подумал, что если он простоит еще ночь, то испортится. А выливать гороховый суп в унитаз это преступление. До сих пор помню, как один мой друг вылил два литра домашнего томатного соку в унитаз. За такое в тюрьму сажать надо. К насильникам и коммунистам! Ни к тем, ни к другим я не хотел, поэтому терпеливо его подогрел, съел две тарелки (вторая была лишняя, но, повторюсь, она бы испортилась), потом вымыл кастрюлю, тарелку, ложку. Так и в бар перехотелось.

-- Ну ты даешь! Так а с девушками у тебя что? Я знакомых имею в виду.

-- Та было несколько. Но с каждой из них были свои проблемы. Общая была только одна, но серьезная. Я стал заложником порнушки. Поэтому для меня каждый секс должен был начинаться с минета и куннилингуса. Если по-другому, то все, ариведерчи эрекция. А знаешь этих женщин, у всех свои муравьи. Одна минет не делает, другая не хочет, чтобы к ней «туда» языком лезли. Зато потом слезы, обиды… Мол, ты такой-сякой меня не хочешь! Иди к другой! И все в том же духе.

Была у меня знакомая. Отличная девочка. Красивая, хорошая, целеустремленная. Когда мы просто гуляли, без нежностей, все было отлично. Но стоило нам потрахаться, как я стал «заложником обязательств». Я испугался, что теперь мы должны будем всюду ходить только вместе, и за ручку. Ни тебе пивка с ребятами, ни футбола в одиночестве, ни порнушки по утрам. Короче, испугался я не на шутку. А когда еще с отцом ее познакомился, меня вообще стало типать. Допрыгался, думал я. Теперь свадьба, острова, кредиты, домашние животные, дети…. Сбежал я. Потом жалел долго.

Поэтому в следующий раз женился. Но не на ней. Причем инициатором стал я. Тоже была хорошая девочка, но не такая как та. Со временем, думал, как вино, настоится. Но нет же. Забеременела, потолстела, запустила себя. Просыпаюсь как-то утром, смотрю на нее, и думаю «Куда я смотрел? Неужели околдовала?». Пытался себя пересилить, благо заложники «хорошего человека» и «романтика» помогали в этом. Но нет, только дочка ходить начала, я решил, что надо смываться. Объяснил ей. Назвал это заложником «несчастного отца», рассказал, что хуже этого быть ничего не может. Если ребенок с детства будет видеть несчастного мужика рядом, то вырастет аутистом или того хуже, бизнесменом. Жена поняла, почти не плакала, денег ей дал, благо после очередного увольнения дали хорошее выходное пособие. Кстати, о работах…

Пока мой мозг офигевал от всего услышанного, я и забыл о том, что успел к тому времени поглотить пять бокалов пива. Из прострации меня вывел мочевой пузырь, активно зазывавший посетить уборную. Заказав повторения «ерша» для Моисея, я отправился справлять нужду. Сделав дело, я подошел к умывальнику помыть руки, и увидел, что там царит полнейшая антисанитария. С мыслями, что все в этом заведении видят только экраны своих мобильных, я направился к выходу. Захлопнув за собой двери, я демонстративно всплеснул кистями, как бы освобождая их от капель воды, чтобы люди обратили внимание, что я мыл руки. Но бармен все так же пялился в телефон, а Моисей пускал клубы дыма, безучастно наблюдая за его устремлением быть поглощенным вытяжкой.

-- Кажется, ты закончил на работе.

-- Да. Я заложник «незасиживаний на работе». Как-то прочитал в одном журнале статью о том, что на одном рабочем месте нужно находиться ровно столько, сколько тебе требуется для совершенствования. Когда процесс окончен, и тебе нечему учиться, нужно уходить. Поначалу я боялся, потому что стал заложником денег (но об этом чуть позже), поэтому проработал на первой серьезной работе чуть больше трех лет, и проработал бы еще 30-ть да попал под сокращение. Потом же я решил следовать этому принципу, так как предложения всегда были, и я прыгал с место не место.

-- Это, в принципе, неплохо.

-- Да. Только с финансовой точки зрения это было не всегда выгодно. Кстати, о деньгах. Когда-то давно я мог спокойно без них обходиться, будучи довольным парой джинс, парой кед, солнечной погодой, пачкой сигарет и бутылкой пива. Но потом, чем больше я зарабатывал, тем сильнее я ощущал свою потребность в деньгах. Росли мои запросы, появлялись все новые и новые желания. Так я стал заложником денег. Да, со мной в университете учились ребята, которые были заложниками вещей. Получав деньги от родителей, они моментально шли в торговый центр и тратили все подчистую на одежду и аксессуары. После чего «стреляли» сигареты и, складывалось впечатление, так и питались.

-- Дураки.

-- Я тоже так думаю. Поэтому со временем я сумел избавиться от потребности в деньгах.

-- Круто. Поздравляю.

-- Но тут же стал заложником «лайков». И вот на этом моя жизнь стала катиться вниз…
Моисей застрял взглядом где-то внутри дуба, из которого была сделана барная стойка. Так он молча просидел минут семь, после чего наконец-то поднял глаза, и взглянул прямо на меня. Выпив залпом половину бокала, он продолжил свой рассказ.

-- В общем, в какой-то момент я осознал, что уже не испытываю былой радости от новых вещей, людей и пейзажей. Зато сердце то и дело вздрагивало, когда я проверял свои посты в блогах. Я жаждал внимания. Не скажу, что я хотел быть таким популярным, как Пэрис Хилтон и Снуп Дог. Просто хотелось, чтобы люди ценили мои записи, «лайкали» их, комментировали, распространяли. Я уходил в депрессию, матеря слепых певцов древности за то, что они творили во времена отсутствия какой-либо конкуренции. Также я ненавидел современников, которых читают. «Каждая кухарка ведет свой жж или твиттер вместо того, чтобы готовить борщ. О времена, о нравы! Иди на кухню, этим заниматься могут только избранные». Так я одновременно стал заложником «лайков» и заложником «ненависти». Я ненавидел все: людей, их котов, счастливых влюбленных, книги, фильмы, даже весну. Ты представляешь, я НЕНАВИДЕЛ ВЕСНУ!

-- В смысле, грязную, холодную и дождливую?

-- Нет. В этом и вся проблема. Я ненавидел даже первые теплые деньки. Когда парни переходят на легкие кожанки, а девушки оголяют ноги. Я наблюдал за всеми ними со своего балкона, и думал, куда вы катитесь, иродовы души, когда же вы задумаетесь о том, что цивилизация обречена? Обычно я этот процесс завершал метанием молнии. Но поскольку я не Зевс, и молний у меня нет, приходилось ограничиваться «бычками».

-- Моисей, пожалуйста, не обижайся, но ты очень забавный. – Пиво меня настолько прибило, что я уже готов был обниматься с новым знакомым, и идти петь с ним в караоке.

-- Я знаю. Когда-то был таким точно. – Заложник вытащил из пачки две последние сигареты, поджег, после чего протянул одну мне. – На самом деле, все это не слишком весело. Один француз, Вольтер, кажется, как-то сказал, что человек рождается свободным, но он всюду в оковах. Чушь это. Мы не рождаемся свободными, и не умираем такими. На протяжении всей жизни мы чьи-то заложники, а после ее окончания носимся призраками по земле, пока люди перестанут о нас вспоминать. Плачущие о мертвых – террористы. Знай это. Напоследок расскажу тебе историю об одном своем путешествии. Попал я в одну страну, где проходила гражданская война. Были раненые, погибшие. Вот, закончилась война, а люди оказались заложниками убитых. Все плачут, и плачут, не могут себя простить за то, что не были в это время, рядом с ними. В общем, горевали они так долго, что не заметили, как на их страну напал враг. А когда заметили, то вместо того, чтобы идти выгонять врага, они продолжали горевать. Покойники же смотрели на все это и думали, что мы сделали не так? Так и были они друг у друга в заложниках еще долгое время. Чем это все закончилось, не знаю, так как вконец расстроился, и свалил оттуда.
На слове «свалил» Моисей спустился с барной стойки, пожал мне руку, и отправился на выход.

-- Моисей! – крикнул я.

-- Слушаю.

-- Сколько тебе лет?

-- Не знаю. Точно больше 40-ка, я ведь именно столько лет водил ребят по пустыне. – Заложник снова улыбнулся. – А что?

-- Понравился ты мне. – Я понял, что караоке отменяется.

-- Стокгольмский синдром – сильная штука. – Сказал Моисей, и захлопнул за собой дверь.
Расплатившись по счету, и оставив бармену денег на пополнение счета (чтобы мог кадрить ути-губок в инстаграме), я пошел домой. На улице уже стемнело, а дома ждала девушка. С маникюром, педикюром, или что там она с собой целый день делала, но моя. Я обнял ее и поцеловал в шею.

-- Кто-то сегодня выпил и снова курит. – с ноткой укора в голосе сказала она, но после этого нежно поцеловала в щеку.

-- Милая, так пахнет Стокгольм.

я ненавижу вас
kiko88
я ненавижу вас, святые
вам все молятся, в вас верят
а вы либо не делаете ничего, либо делаете наперекор
может, вы не святые, а просто фальшивка

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, потребители
за своей привязанностью к вещам
и журнальному благополучию
вы не хотите видеть нихрена

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, рабочие,
стелящиеся под систему, боясь быть изгнанным из нее
смысл бытия не заключается в пополненной карточке
или конверте с черной зарплатой

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, теоретики,
диванные аналитики, циники, умники
думайте над оксюморонами и коанами
а в вопросах чести надо быть честным

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, семейники
кроме кровных уз и близких вас ничто не интересует
народ это не только ты, жена, собака, дети
когда твой дом на краю - это не ок

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, продажные журналисты,
засоряющие мозги лживой информацией
деньги не стоят человеческих жизней
а этика стоит того, чтобы жить

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, грязные политики,
ведущие борьбу за мандаты и портфели
зачем вы играете судьбами миллионов
если для победы достаточно уступить самому

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу вас, силовые структуры
вы абсолютно бесполезные твари
за подачку от хозяина готовы грызть глотки
хотя зубы ваши давно источены миазмами

Их кровь на ваших руках
Их кровь на ваших руках

я ненавижу человека в зеркале
он позер и занят созданием дерьма
которым он потом мажет жж и вконтакте
а на деле он то еще сцыкло и мудак

Их кровь на наших руках
Их кровь на наших руках

Если бы ТОГДА МЫ ВСЕ ВМЕСТЕ вышли, они были бы живы

не умер я
kiko88
znachok-slava-ukr-heroiam-333x333

Не умер я. Так было надо
Твоим неплаканым глазам
Они любви хотят услады
И есть под винчик пармезан.

Не умер я. Хоть так хотелось
Уйти героем, не хамлом
Включить впервые в себе смелость
Дремавшую крепчайшим сном

Не умер я, не лег под пули
Лишь инстаграмил тот огонь
Что жгли они, те, кто уснули
Кому пробили сердца бронь

Не умер я, не стал потерей
Для милой, близких и котов
Вновь обновится эпителий
И станет почвой он для слов

Набьет мне мастер, как однажды
Платили жизнью за мечту
В раю окажется не каждый
А ад он всюду, даже тут

Что вы творите?
kiko88
Это пиздец, ребята. Уже, как минимум, трое наших земляков погибли от рук бойцов силовых структур. Но что-то мне подсказывает, что их фамилии останутся только в памяти их родных и близких, а также френдленты соцсетей. Сегодня утром Сергей Нигоян (пусть земля тебе будет пухом, друг) на видео декламирует отрывок из поэмы Шевченко, и вызывает слезы, но кто вспомнит его фамилию лет хотя бы через пять? В честь 20-летних парней из Днепропетровска не принято называть площади или хотя бы улицы. Особенно в стране (не государстве), где "кожен сам по собі, інших нам не жалко".

Вчера вечером перед тем, как ехать "вартувать" баррикаду на Прорезной, я заезжал в "Большевик". Так странно, украинцы проводят свои дни так, как это было до ноябрьских событий: походы в кино, на коньки, в магазины за джинсами и кедами. В это же время на улице Грушевского их земляки воюют с "беркутом", а на Крещатике учат уклоняться от дубинок, и наносить удары держаками от лопат и вил...

Знаете, мы нихуя не изменились с тех пор, как нас захватывали литовцы, поляки, монголы, русские, австрийцы, венгры. Почему после первой мировой поляки сумели завоевать независимость на развалинах империй, а мы -- влились в другую? Да потому что мы сцыкуны и эгоисты. Каждый думает, в первую очередь, о себе (красивом, ярком, хорошо одетом) и своем (партнере, достатке, роли в обществе). А так войну не выиграть. Тьфу ты, даже войны никакой бы ни было (по крайней мере сейчас), если бы на площади вышло хотя бы 70 процентов недовольных режимом людей. Но вместо этого большинство предпочитает наблюдать за событиями со стороны, майдан стремительно пустеет, а жертвы при таких раскладах отмщенными не будут. Ребята из правого сектора призвали людей -- собственников огнестрельного оружия -- подтянуться на европейскую площадь. И если выстрелы будут звучать с обеих сторон, друзья, это будет ад. Я не силен в теологии, и не скажу, кто создал ад библейский. Наверное, он был изначально, как вечное противостояние добра и зла. Но тот ад, который сейчас вулканической лавой бушует у нас в стране -- дело рук не только политических, но и наших. Так что продолжайте сидеть дома, подсчитывать смерти активистов, и ожидать очередного пришествия покращення.

Смотрите только, чтобы потом, до самой своей кончины, вы не страдали о том, что нельзя уже более любить (с).

Гриша Мелехов +
kiko88
1390297221_rrrrrrrsryerer

Говорю же разная идея. У большинства, если не у всех. У некоторых она меняется изо дня в день, у других -- вообще, от часа к часу. Весь мой вчерашний пис/лав/котики сегодня куда-то запропастился. Не то с того момента, как вновь начали говорить об очередном "вандализме" -- на сей раз накинулись на украшенный памятник Лобановскому, не то, когда я глянул видео, где беркутовцы сбрасывают с арки входа на стадион активистов. В первом случае я в который раз удивился узколобости наших людей. Гранаты отрывают людям руки, другие полыхают в такт коктейлям Молотова, третьи теряют зрение по причине прицельной стрельбы из травматического оружия, а у нас самое страшное -- это когда валят памятники, либо делают с ними не то, что обычно (вешают противогаз, а не кладут цветы например). Ну не пиздец, ребята? Что касается "беркута", то все, теперь в секторах моего сердца им нет ни одного кресла прощения. То, что они делают -- сатанизм чистейшей воды. А я ведь последние полгода говорил, что люди -- конченые создания, и что наша цивилизация обречена. Вы смеялись, умничали, ну а теперь верите?

Кстати, о умниках и диванных аналитиках. Держу пари, у каждого футбольного журналиста был в жизни случай, когда во время интервью игрок рассказывает о том, как ему было сидеть на скамейке запасных или трибунах, его партнеры проигрывали матч, но у него не было возможности им помочь. В отличие от этих футболистов, у каждого из нас есть возможность выйти, и помочь общему делу. Суточные просмотры громадського ТБ, шейры на фейсбучеке и домыслы в блогах и чатиках не в состоянии изменить нынешнюю ситуацию. Точка невозврата пройдена, и теперь у всех нас существует только один вектор направленности.

Помните "Храброе сердце"? Помните, как неуверенность Роберта Брюса привела к гибели Уильяма Уоллеса и его сподвижников? Да, Роберт потом огрызнулся против англичан, и стал королем Шотландским, но почему этого нельзя было сделать раньше, не допустив жертву героя Мэла Гибсона? Смотрите, как бы эта история не повторилась на нашей земле. При вашем посильном участии.

А за окном стал сыпать снег. В голову пришли строки Васильева о выпавшем снеге, который никогда не растает. В отличие от снега сплиновского, наш еще как тает. Коктейли Молотова и верные плечи однодумцев этому очень способствуют. Слава Україні!

Мои твиты
kiko88
Tags:

И пошел брат на брата
kiko88
1385408775_mihail-sholohov-tihiy-don

Я не думал, что когда-либо мы до этого дойдем. В 2004-м нас только пугали путинскими танками, в 2013-м -- поход на банковую стал кровавым воскресеньем независимой Украины, и явил на свет главного врага нашего народа -- "Беркут". Новый год и Рождество Христовое накормили нас оливье, но не успокоили. Как следствие, еще один светлый церковный праздник Крещение превратился в чертов Судный день.

Так необычно на душе, когда в один прекрасный момент ты осознаешь, что часть твоих знакомых/друзей/приятелей принимает активное участие в забрасывании служителей "правопорядка" коктейлями Молотова и кусочками мостовой (не путать с Наташей, она тут не при делах), другая -- следит за этим очень внимательно, но сугубо через Интернет, периодически шейря в фейсбучеке очередное видео с жестью, третья -- относится к происходящему с нескрываемым негативом, о чем опять-таки пишет в фб, ну а четвертой как с гуся вода, сегодня в тренде шуточки про рак Жанны Фриске.

Самое неприкольное в этой ситуации -- думать, о том, как поведут себя вышеочерченные группы, если ситуация станет еще пессимистичней. В гражданскую войну не верю, но также я не верил в то, что ребята не побоятся, и начнут оказывать отпор "беркутам", что в арсенале мирных революционеров окажется океан и три реки коктейлей Молотова, и в то, что умеющие думать люди, начнут между собой довольно жесткие перепалки в социальных сетях. Раньше к этому приводили только ревность, зависть и глупость. Но сейчас надо всеми довлеет идея. Причем, у каждого -- своя. Вот у меня, к примеру, она вообще неочерченная. Если пару недель назад я готов был лечь костьми, защищая баррикаду "свободы" на лютеранской, то вчера, оказавшись возле любимого стадиона имени Лобановского, я уже не был настолько уверен в правильности выбранного курса. Горящая картина Валерия Васильевича, горящие сотрудники МВД, для которых Крещение стало реальным адом, едкий газ и взрывающиеся автомобили... Такое прикольно видеть в кино. Желательно, когда там есть Рона Митра, и всюду летают головы постапокалиптических панков-каннибалов. Но в реальности это не ок, ребята.

Не выйдет из меня второго Гришки Мелехова, но на Грушевского я сегодня все же вернусь. Там строят катапульту, а это орудие было мечтой всего моего детства. Надо хоть глянуть, каким его сделают руки народных умельцев.

Не стреляйте друг в друга, а лучше -- любите. И берегите друг друга, котики.

Сэйв о нот ту сэйв
kiko88
565948

Спаси меня, детка
Спаси, ради Бога
Я вижу дорогу
С благими намерениями
Но там только ад
Он красный и жаркий
Пора снимать парку
Отдаваться забвению

Спаси меня шепотом
Прилипающим к уху
Он стирает порнуху
С моих жестких дисков
Или будь моим тренером
Поставь меня в стойку
Я забуду попойки
До поросячего визга

Спаси меня гимном
Ведь это так стильно
Я вновь стану сильным
И только твоим
Очисти рассказом
О ком-то счастливом
Мы будем красиво
Пускать к звездам дым

Спаси меня сменой
Живых декораций
Они, как акация
Впиваются в тело
И в мозг; я не в силах
Спасти себя лично
Я только по-птичьи
Пою неумело


А, может, не надо
Ничего со мной делать
Пойду на дискач я
Цеплять малолеток